[На главную страницу НБ-Портала] [О проекте] [НБ-идеология] [Фотоархив] [НБ-Арт] [Музыка]


 

 ИРЛАНДСКАЯ РЕСПУБЛИКАНСКАЯ АРМИЯ

 

Рихард Шапке, перевод с немецкого Андрея Игнатьева

 

Часть шестая. Голодовка

 

1.  Перемирие

 

После того как кампания «Виктори 74» потерпела неудачу, 22 декабря 1974 г. Временная ИРА объявила десятидневное перемирие, растянувшееся на длительное время. С начала года боевики ИРА уничтожили 140 человек, а общий счет потерь составил 216. По отношению к 1970–1972 гг. накал североирландской гражданской войны значительно снизился. Британцы успешно разрушали структуры «временных» в  католических гетто, и многие католики дистанцировались от ИРА, жертвами нападений которой постоянно становились беззащитные гражданские. Гражданское население и партии, участвовавшие в войне, были изнурены и нуждались в передышке. Перемирию предшествовало прошедшее при посредничестве протестантских священников переговоры с новым министром по делам Северной Ирландии Рисом.

Приблизительно в это же время Официальная ИРА раскололась, когда Шон Костелло с Ирландской Республиканской Социалистической партией (ИРСП) и Ирландской Армией Национального Освобождения в качестве боевого крыла обрел самостоятельность. Костелло сделал ставку на прямое действие, вместо того чтобы подобно Официальной ИРА вести мирную работу на надконфессиональных принципах по завоеванию ирландского рабочего класса. Раскол привел к кровавой вражде между ИАНО и Официальной ИРА, в которой «временные» выступили на стороне первой. По образцу лоялистов боевики ИАНО, которая станет одной из самых безжалостных подпольных группировок в Европе, считали  своей законной целью вражеских боевиков и гражданских – до некоторой степени они стали левоэкстремистской вспомогательной группой «временных» для «грязных» операций. Междоусобная  борьба и жестокость ИАНО и «Временных» привели к тому, что авторитет республиканского движения снова снизился до минимума.

После того как британцы в январе возобновили тайные переговоры с Временной ИРА, Армейский совет ИРА 9 января 1975  г. объявил о продлении перемирия. До этого Лондон гарантировал, что присутствие армии  будет сокращено, а лагеря для интернированных будет постепенно закрываться.

Во всех более-менее крупных населенных пунктах Северной Ирландии заработали «инсидент сентрес», в которых представители Шинн Фейн и министерства по делам Северной Ирландии старались разрешить возникающие проблемы при помощи прямых переговоров. Эти учреждения в последующем как «адвайс сентресс» превратились в первые официальные партийные бюро республиканского движения. Возможно, по недоразумению Руари ОʼБрэдах,  глава Шинн Фейн, надеялся на уход британцев. Министр по делам Северной Ирландии Рис нацелился скорее на создание нового регионального парламента, предпосылкой для чего  стала бы нормализация обстановки.

ИРА прекратила свои нападения на полицию и военных, чтобы с такой же энергией заняться междоусобной борьбой среди республиканцев и обменом ударами с лоялистскими боевиками. Очень скоро для «временных» стало нормой без разбора убивать гражданских протестантского вероисповедания. Например, 5 января 1976 г. боевая группа казнила 10 рабочих-протестантов, чтобы отомстить за убийство 5 католиков, совершенное в предыдущий день. Британцы терпимо относились к подобным жестокостям, так как это явно облегчало их намерение выставить участников республиканского движения в образе преступников. Армия уступила место КОП – целью была «ольстеризация» гражданской войны. Только  в ноябре 1975 г. Временная ИРА заявила о прекращении конфликта с «официальными». Несмотря на перемирие, в 1975 г. погибло 247 человек.

В марте 1976  г. Рис использовал ликвидацию лагерей для интернированных, чтобы лишить арестованных боевиков их особого статуса. Отныне они рассматривались как обычные преступники и более не имели никаких особых прав и льгот. Через эту криминализацию республиканских и лоялистских боевиков Лондон вводил в заблуждение мировую общественность, что конфликт в политическом отношении разрешен и свелся к обычной террористической проблеме. Теперь силы безопасности по Закону о чрезвычайном положении могли до семи дней держать под арестом в фильтрационных пунктах задержанных подозрительных лиц, где обычным делом стали пытки. Временная ИРА отреагировала заявлением о прекращении хрупкого перемирия. Между 1971 и концом 1976 гг. КОП и армия в Северной Ирландии провели 250 тыс. обысков в жилище и арестовали 1981 человек без санкции суда. С начала гражданской войны в 1969  г. насчитывалось 1686 убитых и 18312 раненых. Среди проживавших в общественном жилье, а значит в панельных домах низших слоев, доля тех, кто жил на конфессионально однородных улицах, возросла с 59% до 89%.

Одновременно началась экономическая перестройка Северной Ирландии в общество с доминированием сферы услуг, что также будет сдерживать конфликт. Католической буржуазии в Сауз Дауне или кольце городов возле Дерри, имеющей шансы на продвижение в администрации, профессиях, связанных с юриспруденцией, и сфере услуг, жилось совершенно иначе, чем массам безработных в гетто. Шинн Фейн заявила: «Средние слои получили свои гражданские права. Это другой мир, другая реальность. Для них борьба закончилась. Вместо нее они занимаются построением собственного бизнеса». Католическая буржуазия рассматривала конфликт как занятие для отсталых низших слоев и воспринимала скорее юнионистов и ИРА как препятствие для своего социального подъема, нежели прямое правление британцев. Отступничество либеральной буржуазии проявилось уже при радикализации НИКРА – конфликт с государством уступили массам. Результатом стал классовый раскол в католическом лагере: пролетарская и крестьянская Шинн Фейн против СДЛП, за которую голосовали квалифицированные рабочие и буржуазия.

Еще одним объектом недовольства также и со стороны многих католиков было движение «Народ мира» Бетти Уильямс и Мэйрид Корриган. От ИРА сторонникам этих награжденных Нобелевской премий женщин следовало ожидать только ненависти и булыжников. Однозначно выступая за сохранение британского правления в Северной Ирландии, «Народ мира» Уильямс и Корриган все же уже в 1977 г. действовал в католической среде.

 

2.  Реорганизация

 

ИРА стояла на краю самоуничтожения. Её активные добровольцы погрязли в междоусобной борьбе, убийствах без разбора и криминальных махинациях, и число рекрутов постоянно сокращалось. Постепенно группа молодежи Джерри Адамса, Мартина Мак Гиннесса (командира бригады Дерри) и Ивора Белла (командира бригады Белфаста) оттеснила от власти руководство во главе с Шоном Туми. Если на старые, происходившие зачастую из Ирландской республики руководящие кадры наложил отпечаток опыт Пограничной кампании 50-х годов, то поколение «69-го» задело за живое и привело в ИРА начало гражданской войны в Северной Ирландии.

Осенью 1976 г. Мартин Мак Гиннесс вынудил Армейский совет создать Северное командование. Этому командованию под его руководством подчинялись теперь все части ИРА в Северной Ирландии и пяти приграничных графствах. В этой зоне боевых действие деградировавший  до уровня оберквартирмейстерства Армейский совет обладал только формальным правом отдавать приказы. После того как Мак Гиннесс в конце 1977 г. был избран главой Армейского совета, это разделение устарело. Новый лидер раскритиковал лишившееся власти руководство за его упущения: добровольцы не были достаточно подготовлены к арестам и допросам, устаревшая военная инфраструктура оказалась требующей реформ, ИРА следовало вернуться к подпольному положению и строгой дисциплине. «Временным» надо было контролировать все фракции республиканского движения.

Все старые роты и батальоны уступили место сети разрозненных ячеек. Каждая ячейка, соответствующая части действительной службы, насчитывала по четыре человека, и контакт с командованием бригады осуществлял руководитель ячейки, который знал только офицеров связи и по боевому применению. Ячейки были организованы не по географическому принципу, а по специализации на отдельных функциях, таких как разведка, охрана, совершение казней, теракты и экспроприации. В пограничных районах, кроме того, действовали группы по 10 человек, которые вели партизанскую войну против британцев. Эти операции беспокоили их до такой степени, что покой казарм они могли обеспечивать только с воздуха.

Атаки «временных» стали более редкими, но зато несравненно более опасными и целенаправленными. К получаемому из-за границы оружию добавились новые взрывчатые смеси и дистанционные взрыватели. В тренировочных лагерях на Ближнем Востоке постоянно можно было встретить боевиков ИРА, которым «Аль-Фатах» Арафата поставлял советское вооружение. В США местные группы НОРАИД собирали пожертвования среди американских ирландцев, кроме того, Ливия каждый год выделяла 5 млн. фунтов. Также средства добывались путем мошенничества, махинаций с налогами, нападений на банки, рэкета и киднеппинга. Правда, на торговле наркотиками наживались уже лоялисты. Размах нелегальных акций, связанных с финансовым обеспечением, все же вскоре уменьшился благодаря участию в таких предприятиях, как кабаки, дискотеки и магазины – движение стало улучшать свой имидж в глазах населения.

В поздние 70-е  всеобщее внимание привлекли такие операции, как убийство британского посла Эварта-Биггса в Дублине 21 июля 1976 г., нападение на протестантский ресторан «Ля МОн» в Белфасте (12 убитых) в феврале 1978 г., убийство Эйри Нива, назначенного министром по делам Северной Ирландии от консерваторов, перед зданием британского парламента боевиками ИНЛА 30 марта 1979 г. и особенно нападения 27 августа 1978 г. В этот день «временные» убили  лорда Маунтбеттена, отмеченного высокими наградами военачальника и последнего вице-короля Индии в его ирландской загородной резиденции. Еще одна команда южноирландского берега Бэрроу Уотер при помощи бомб взорвала британскую военную часть и уничтожила 18 солдат.

Устраивая целенаправленные нападения, около 400 активных боевиков «временных»  демонстрировали, что североирландский конфликт в любой момент можно снова довести до точки кипения.

В 1981 г. заложенная в автомобиле бомба убила Джона Мак Майкла, председателя Ольстеской лоялистской демократической партии, политического крыла АЗО.

Конечной целью Длинной войны было внушить Лондону, что североирландский вопрос модно разрешить, только принимая во внимание республиканскую точку зрения и поэтому сделав выбор в пользу воссоединения Ирландии. ИРА намеревалась учредить социалистическую республику. «В социальной и экономической сферах мы будем проводить политику, которая устранит современный социальный импрессионизм, вернув ирландскому народу право собственности на богатства Ирландии через создание системы кооперативов, коллективных предприятий и контролю за промышленностью, сельским хозяйством и рыбной отраслью. В отношении культуры мы надеемся на возрождение гэльского языка».

Еще находясь в заключении, Адамс высказался за отказ от использования только военных средств. Борьбу ИРА следовало политизировать. Так как британцев нельзя было победить военным путем, «Длинная война» должна была обессилить противника, зависевшего от поддержки широких слоев населения. Рядом с ИРА должно было выступать радикальное республиканское массовое движение. Таким образом, республиканцы могли продолжать борьбу даже тогда, когда военное крыло оказывалось под давлением. Шинн Фейн занималась социально-экономическими нуждами населения и проникала в другие организации, чтобы настроить в свою пользу общественное мнение. В последующее время в католических районах движение стало государством в государстве, в качестве противовеса власти ненавистных британцев.

Республиканское движение взяло на себя административные задачи вплоть до юстиции и полиции. Жертвы преступлений могли обратиться в местное бюро Шинн Фейн. В случае необходимости подозреваемый получал предупреждение или условное наказание. В случае рецидива в дело вступали экзекуционные команды ИРА. В случае более тяжких происшествий, таких как автоугон, преступления на сексуальной почве и торговля наркотиками и т.д. «временные» действовали прямо. В районах, контролируемых республиканцами, до 80% католиков было охвачено этим видом юстиции ИРА. Угроза со стороны КОП и армии усилила внутреннюю сплоченность живших в гетто общин вплоть до появления настоящего племенного менталитета, когда отход от католической солидарности был почти немыслим.

Перестройка республиканского движения на новый лад продолжалась до начала 80-х г г., чему сопротивлялись прежде всего батальоны в сельских графствах Тирон, Арма и Фермана.

 

3.  От  подпольной армии к массовому движению

 

В качестве замены для упраздненных лагерей для интернированных британцы превратили бывший лагерь Лонг Кеш в особо охраняемую тюрьму Мэйз, где лоялистские и республиканские боевики были сосредоточены в блоке Н. В сентябре доброволец ИРА Киран Нужент занял свою камеру в Мэйз и оказался первым боевиком, переведенным в статус обычного преступника. Нужент отказался от того, чтобы носить форменную одежду уголовников – он закутывался теперь в простыню или в одеяло. К протесту присоединились остальные заключенные ИРА, так что в начале 1978 г., наконец, 2300 узников ходили «в одеяле». Только при посещении родственников он одевали ненавистную униформу. Лидером заключенных ИРА в Мейз в это время стал Брендан Хьюгес. Внутри тюрьмы они поддерживали между собой связь на гэльском через трубы отопления и получали тайком записки с воли.

В январе 1978 г. жестокое обращение и издевательства над пленными республиканцами со стороны персонала тюрьмы возросло, так что Хьюгес отдал приказ никому более не покидать своих камер. В начале заключенные мыли свои камеры из емкостей с водой, поставлявшихся тюремщиками. После того как тюремный персонал постоянно стал приносить в камеры грязную воду, в марте начался «грязный протест». Отныне добровольцы отказывались от какой-либо гигиены. Их требованиями были право носить собственную одежду, упразднение исправительных работ, право еженедельно получать по одной посылке и по одному письму и на одно посещение, а также засчитывание времени протеста в срок отбытия наказания. Администрация тюрьмы вскоре ввела принудительную очистку камер.

27 октября 1980 г. «грязный протест» перерос в голодовку. Армейский совет только нехотя согласился на это, так как он опасался бунта военнопленных против своего собственного руководства. Вместе с шестью активистами ИРА голодал также один боевик ИНЛА. В Северной Ирландии тысячи людей объединялись в «комитеты блока Н» и протестовали против бесчеловечного обращения с пленными, а также за выполнение их требований от 1978 г. Министр по делам Северной Ирландии Аткинс заявил в нижней палате, что несмотря на голодовку его правительство не пойдет ни на какие уступки. И все же Лондон уже вёл неформальные переговоры с пленными. Аткинс неопределенно намекнул, что готов пойти на встречу по вопросу об одежде для узников, кроме того, дистанционное или профессиональное обучение могли засчитать как исправительные работы. Получив эти «заверения», заключенные прекратили голодовку.

Группа из 60 человек закончила 23 января 1981 г. «грязный протест» и вернулась в первоначальное состояние, так как служащие тюрьмы должны были передать узникам ИРА одежду. Директор тюрьмы в Мэйз потребовал все же в знак подчинения, чтобы узники носили униформу арестантов, пока за ними не будет признано право на ношение гражданской одежды. Возмущенные «временные» отказались и разгромили обстановку в своих камерах. Под руководством нового лидера узников Бобби Сэндса было принято решение организовать вторую голодовку.

1 марта 1981 г. началась эта новая голодовка. Четверо участников голодовки начали не одновременно, но друг за другом, при этом Сэндс выступил зачинщиком. Уже на третий день голодовки он заявил журналистам, что, совершая эту акцию, готов умереть. Серьезность настроя голодающих и их готовность принести свою жизнь в жертву статусу политического узника, привлекло большинство североирландских католиков на сторону республиканцев. Мейрид Корриган, соосновательница «Народа мира», присоединилась к кампании. На довыборах в британскую нижнюю палату, состоявшихся 9 апреля 1981 г., Бобби Сэндс победил кандидата-юниониста, он получил 30492 голосов католиков, которые таким образом придали выразительности протесту против Мэйз и криминализации республиканского подполья. Республиканский лагерь увидел в этом событии легитимизацию голодовки и вооруженной борьбы ИРА. Успех воодушевил Шинн Фейн на то, чтобы впервые осознанно заняться массовой политикой.

Маргарет Тэтчер осталась непреклонной, и 5 мая 1981 г. Бобби Сэндс скончался после 66 дней голодовки в Мэйз. В его похоронах на белфастском кладбище Миллтаун приняло участие 100 тыс. человек. Для массы североирландских католиков смерть представителя своего народа стала символом борьбы против британцев. В Белфасте дело тотчас же дошло до яростных беспорядков, в итальянском  Майланде 5 тыс. человек вышли на демонстрацию против британского правительства и потребовали его ухода из Северной Ирландии. К оставшимся трём голодающим теперь присоединились другие узники. После 277 дней голодовки Армейский совет 3 октября приказал её прекратить, и в декабре пленные получили определенные послабления, такие как меры по повышению квалификации, посещения родственников и общение между собой. Всего десять активистов ИРА и ИНЛА доголодалось до смерти.

Девять узников ИРА выставили свои кандидатуры на выборах в июне в ирландский парламент, из них двое достигли успеха. Как результат, ирландское правительство пало, и Шинн Фейн имела перспективы играть в Ирландской республике значительную роль. Бобби Сэндс впервые придал лицо до сих пор анонимному республиканскому движению. ИРА завоевала международную репутацию, привлекла внимание и обрела прежде всего уверенность в себе. Идущая с середины 70-х г г. дурная слава одиозных уголовников уступила место уважительному отношению в католической общине.

В конце концов, Джерри Адамс достиг своих целей: политизации борьбы, создания массового республиканского движения и политической конфронтации с Англией. Шинн Фейн смогла закрепиться как самостоятельное политическое движение и создать более широкую сеть поддержки.

В октябре 1981 г. на партийном съезде Шинн Фенй в Дублине дело дошло до решающей пробы сил между сторонниками модернизации во главе с Адамсом и Моррисоном, с одной стороны, и военным крылом Руари ОʼБрэдах. Приверженцы модернизации исходили из того, что участие в политической жизни не причинит вред вооруженной борьбе.

Шинн Фейн следует захватить власть с избирательным бюллетенем в одной руке  и с оружием в другой. ОʼБрэдах ушел в отставку, и вскоре на посту лидера пратии его сменил Джерри Адамс. Отныне Шинн Фейн хотела выступать на всех выборах, но и далее бойкотировать как нелегальные парламенты в Лондоне, Дублине и Белфасте. Сведя свою деятельность к участию в выборах, постепенно ИРА политизировалась и отходила от вооруженной борьбы. С новым пылом республиканцы посвятили себя  развитию своей партии Шинн Фейн.

 


(На главную страницу) (Стань другом НБ-Портала!) (Обсудить на форуме)

Rambler's Top100